Хлеба? Нет, зрелищ!

Подходит к концу 2019 год, пятый год пребывания Севастополя в составе России. За это время севастопольцы, вместо обещанного местными политиками «третьего возрождения города», прочувствовали все пороки современного российского государства. «Распил», «коррупция», «понаехавшие» — эти слова прочно вошли в лексикон севастопольской политики. По-прежнему простаивает Севморзавод, хлебзавод на ул. Гоголя превратился в руины, заброшена трикотажная фабрика на ул. Генерала Петрова. Парк Победы из символа памяти о подвиге народа в суровые годы войны превратился в символ некомпетентности и жадности современных чиновников и застройщиков. Подходит к концу 2019 год, пятый год пребывания Севастополя в составе России. За это время севастопольцы, вместо обещанного местными политиками «третьего возрождения города», прочувствовали все пороки современного российского государства. «Распил», «коррупция», «понаехавшие» — эти слова прочно вошли в лексикон севастопольской политики. По-прежнему простаивает Севморзавод, хлебзавод на ул. Гоголя превратился в руины, заброшена трикотажная фабрика на ул. Генерала Петрова. Парк Победы из символа памяти о подвиге народа в суровые годы войны превратился в символ некомпетентности и жадности современных чиновников и застройщиков. 
 
Казалось бы: куда дальше? Но севастопольцам привалило новое счастье — культурный кластер! И не где-нибудь, а в самом центре города, на мысе Хрустальный. 
 
В городе, где зарплата в 20 тысяч рублей считается неплохим заработком, где цены на продукты давно догнали столичные и не собираются опускаться вниз (вопрос к знатокам, обещавшим снижение цен после достройки Крымского моста: как так получилось?), в котором найти работу, отличную от торговли и сферы услуг крайне проблематично, федеральное правительство решило построить одновременно театр оперы и балета, хореографическую академию, филармонию и художественную галерею. Если послушать апологетов этого проекта, то вся центральная городская набережная будет превращена в одно сплошное учреждение культуры. Можно сказать, что зрелища начинают заменять для горожан хлеб. 
 
Опуская вопрос о целесообразности такого колоссального строительства в историческом центре города (как и вопрос о том, найдутся ли у рядовых севастопольцев средства для посещения всех этих культурных благ), возникает вопрос и к федеральной власти, поддержавшей этот проект именно на мысе Хрустальный, и к местным его сторонникам: что для вас есть уважение к подвигу Севастополя? Раз в год надеть гвардейскую ленточку? Или нечто глубже? Если первое — вопросов не имею. Если второе — как у вас хватает совести поддерживать строительство этого бетонного монстра на месте, которому предназначено стать севастопольской Поклонной горой, севастопольским Мамаевым курганом?! 
 
Безусловно, Великая Оте-чественная война велась не ради памятников, а ради жизни и процветания нашей Родины. На мой взгляд, пожалуй, лучшим памятником нашей Победе является полёт в космос сына участника войны Юрия Гагарина. Но нельзя строить будущее, закатывая в бетон прошлое. Без мест, которые напоминали бы нам о героях-предках, что мы из себя будем представлять, как народ, как «уникальная цивилизация», о чём так любит говорить государственная пропаганда? 
 
Да, в проекте культурного кластера есть место для музея. Но представьте на минуту, что музей Великой Отечественной войны на Поклонной горе в Москве ютится между циклопическими театром оперы и филармонией. Представьте, как «Родина-мать» в Сталинграде скромно выглядывает из-за административного комплекса  художественной академии. Представьте, как под носом у монумента «Мужество» в Брестской крепости проходит выставка работ современных художников. Вот и мне сложно представить такое. Но что невозможно нам, простым севастопольцам, видимо под силу авторам и сторонникам кластера. 
 
Вот и получается, что под разговоры про «уважение к истории», про «развитие гражданского общества», федеральная власть рассматривает Севастополь, как пустое место, где нет жителей, где нет своих традиций. Получается, что для них Севастополь — это присоединённая территория, которая должна быть «вечно благодарной» за это присоединение, и что эта благодарность является разрешением на совершенно любые действия. «Зачем считаться с аборигенами?», — по этому принципу в город направляются чиновники и губернаторы, по этому принципу городу навязываются памятники и комплексы. По этому принципу федеральный центр работает с Севастополем, наплевав и растоптав его самобытность и уникальность. «Вы провинция», «вы на среднероссийском уровне», «мы вас спасли, закройте рты и радуйтесь России!». Вот неполный набор фраз, которыми «спасители» сопровождают своё общение с севастопольцами. У них есть и сторонники в городе. Неудивительно, что господин, преградивший доступ к «Штыку и парусу» своими «голубыми унитазами», неплохо устроился в системе координат российских рыночных отношений. 
 
Но неужели мы, севастопольцы, гордые люди, чьи предки в кровопролитных схватках перемалывали отборные войска Великобритании, Германии, Италии, Румынии, Турции,  Франции, которые свыше 20 лет боролись за свою историю и традиции, право говорить на родном языке, будем спокойно смотреть, как потерявшие память и совесть «спасители» ломают наш город и перекраивают его по своему убогому вкусу? Неужели  и мы забудем завещание адмирала Корнилова: «Отстаивайте же Севастополь»? Неужели мы станем теми, кто превратит «Севастополь — город моряков» в «Севастополь — кабак для толстосумов»? 
 
Надеюсь, что завещание адмирала Корнилова будет исполнено вновь.
 
Александр Черемёнов, 
первый секретарь Севастопольского горкома ЛКСМ РФ
 
Категория: 

Военно-морской флот:

Военно-морской флот в контакте Военно-морской флот Одноклассники