О Володе Ульянове

Мы вплотную приблизились к знаменательной дате – 147-й годовщине со дня рождения Владимира Ильича Ленина.  Хотелось бы кратко коснуться его биографии, а именно детства и юношества, ведь Ленин не только в зрелом возрасте резко выделялся своими способностями.  Владимир Ильич Ульянов (Ленин) родился 10 (22) апреля 1870 года на Волге, в городе Симбирске, переименованном теперь в его честь в Ульяновск. В детстве он, как и большинство мальчишек, любил играть со сверстниками, но уже отличался от своих друзей мировоззрением. Так описывала Володю Анна Ильинична Ульянова-Елизарова, его сестра, впоследствии видный деятель Коммунистической партии в социал-демократическом движении, секретарь редакции газеты «Правда».Мы вплотную приблизились к знаменательной дате – 147-й годовщине со дня рождения Владимира Ильича Ленина.
 
Хотелось бы кратко коснуться его биографии, а именно детства и юношества, ведь Ленин не только в зрелом возрасте резко выделялся своими способностями.
 
Владимир Ильич Ульянов (Ленин) родился 10 (22) апреля 1870 года на Волге, в городе Симбирске, переименованном теперь в его честь в Ульяновск. В детстве он, как и большинство мальчишек, любил играть со сверстниками, но уже отличался от своих друзей мировоззрением. Так описывала Володю Анна Ильинична Ульянова-Елизарова, его сестра, впоследствии видный деятель Коммунистической партии в социал-демократическом движении, секретарь редакции газеты «Правда».
 

 
Семья, в которой вырос Володя Ульянов, была дружна. Он был третьим ребёнком, с весёлыми карими глазами, очень общительным. Однажды, когда семья собралась ехать на лето в деревню Казанской губернии, бойкий мальчик начал шуметь и кричать на пароходе.
 
– На пароходе нельзя так громко кричать, – говорила ему мама.
– А пароход-то ведь и сам громко кричит, – ответил, не задумываясь, Володя.
Родителями Ленина были коллежский советник Илья Николаевич Ульянов и законная его жена Мария Александровна. Читать Володя выучился лет пяти у матери. Любимым стихотворением мальчика в 7-8 лет была «Песня бобыля» Ивана Никитина, и он с большим азартом и задором декламировал:
 
«Богачу-дураку
И с казной не спится;
Бедняк гол как сокол,
Поёт-веселится».
 
Он часто шалил, но с детства признавал свои ошибки и был честным ребёнком. «По натуре Володя был сметливый. Вообще он производил впечатление мальчика здорового и сильного по физическому и духовному развитию», – вспоминал о нём В.А.Калашников, домашний учитель Ульянова.
 
Д.М.Андреев, товарищ Ленина по младшим классам Симбирской губернии, очень уважал его: «Рядом со мной за партой сидел мальчик. Он был гораздо ниже меня ростом. Его слегка рыжеватые волосы были растрёпаны. Он правильно и бойко отвечал на все вопросы, и этим обращал на себя внимание. Большинство из поступавших мальчиков смущалось, я тоже стеснялся и чувствовал себя неуверенно, а мой маленький сосед так быстро решил заданную нам задачу и так хорошо написал диктовку, что мы все, державшие экзамен, невольно прониклись к нему уважением. Как я узнал потом, это был сын инспектора народных училищ Володя Ульянов.
 
Володя умел постоять за себя. Помню, что как-то раз в младших классах один из учеников задался целью из озорства ломать кончики всех карандашей Володи (хорошо отточенные карандаши были слабостью Ульянова). Долго не знал он, кто портит его карандаши. Но как-то раз во время перемены, войдя случайно в класс, он поймал преступника на месте. Недолго думая, Володя схватил его за шиворот и отколотил. С тех пор карандаши Володи никто уже не трогал».
 
Из воспоминаний А.И.Ульяновой-Елизаровой: «На лето мы уезжали в Кокушкино – деревню Казанской губернии, имение деда по матери, к которому на лето съезжались его замужние дочери с детьми. До 1875г. поездки эти были ежегодными и были огромной радостью для нас. Севастопольская правда. Задолго начинали мы мечтать о них, готовиться к ним. Думаю, что любовь к Кокушкину, радость видеть вновь эти места передались нам от матери, проведшей там свои лучшие годы. Но, конечно, деревенские приволы и деревенские удовольствия, общество двоюродных братьев и сестёр были и сами по себе очень привлекательны для нас».
Н.И.Веретенников, двоюродный брат В.И.Ленина, раннее детство и юность провёл в Казани, был близок к семье Ульяновых и связан тесной дружбой с Володей. Окончив в 1896г. Казанский университет, Николай Иванович в течение ряда лет преподавал физику и математику в различных учебных заведениях. Он писал о своём брате: «Володя оказался куда более меня осведомлённым в литературе, несмотря на то, что в детстве, во время перенесённых мною тяжёлых болезней, мне читали русских и иностранных авторов, да и сам я читал немало и был гораздо лучше знаком с классической литературой, чем большинство ребят моего возраста.
 
Володя очень любил расспрашивать о прочитанном:
– Это читал?
– Нет.
– А это?
– Нет.
Наконец, надоедает отвечать всё «нет» да «нет», говорю «да».
– «Дым» Тургенева читал?
– Да...
Но Володя ясно слышит неправду, и поэтому задаёт коварный вопрос:
 – А повесть «Литвинов» читал? Я, скромно уклоняясь от вторичной лжи, твёрдо заявляю:
– Нет, не читал.
– Ну, вот и соврал, что «Дым» читал! Если бы читал, то знал бы, что Литвинов – герой романа «Дым». Никакой повести «Литвинов» Тургенев и не писал.
 
До сих пор помню, как был я смущён не столько тем, что мало читал, но, главное, тем, что соврал, и так ловко и быстро был уличён.
 
Никогда потом не вспоминал Володя этого разговора и никому не рассказывал о нём. Кто бы другой мог удержаться, чтобы не подразнить или, по крайней мере, так или иначе не напомнить о моём посрамлении!
 
Позднее Володя говорил мне, что он особенно ценит литературные типы, обладающие твёрдостью и непоколебимостью характера.
Он обратил моё внимание на рассказ Тургенева «Часы», тогда ещё мне неизвестный. Когда я спросил Володю, что ему понравилось в этом рассказе, он ответил, что такие герои, как Давыд, достигают всего, к чему стремятся».
 
Михаил Фёдорович Кузнецов, товарищ Ленина по Симбирской гимназии, вспоминал: «Очень трудно давались нам языки, особенно латинский. И вот помнится такой случай. Входит в класс преподаватель латинского языка Федоровский, открывает книгу и кивает ученику, сидящему за первой партой, у кафедры. Тот встаёт и начинает бойко переводить. Но вот попалось трудное слово. Ученик задумывается на минуту. Но у Федоровского не подумаешь!
 
Он уже кивает соседнему ученику. Тот встаёт и... тоже молчит. Но садиться до тех пор, пока кто-нибудь правильно не ответит, у Федоровского нельзя было. Стоят уже два ученика, а Федоровский кивает третьему. Встаёт третий, встаёт четвёртый... Проклятое слово! Встаёт пятый, шестой. Никто не может перевести. Вот уже стоит половина класса, но Федоровский неумолим. Он кивает следующему. Наконец очередь доходит до Ульянова. И класс облегчённо вздыхает. Перевёл. Можно садиться.
 
Скоро стал Ульянов нашим постоянным «справочником», «словарём». Кому что непонятно – к Ульянову».
 
Педагогический Совет классической гимназии, «уважая отличные успехи, прилежание и похвальное поведение воспитанника III класса Владимира Ульянова», наградил его похвальным листом, который хранится в Архиве Института марксизма-ленинизма при ЦК КПСС.
 

Из воспоминаний А.И.Ульяновой-Елизаровой: «Володя решил поступить на юридический факультет Казанского университета».

«Центром студенческой жизни была тогда Старо-Горшечная улица, представлявшая собой нечто вроде Латинского квартала в Казани, а дом Марусова на этой улице, в котором ютилось множество беднейшего студенчества, назывался «Вяземской лаврой». В этом доме жил и имел торговлю лавочник Андрей. Это был совершенно необычный лавочник. Постоянное общение со студенчеством расширило его кругозор и сделало глубоко преданным сторонником революционного движения», – вспоминал Федотов Михаил Петрович – бывший офицер Ревельского полка, который был сослан в Сибирь на поселение за активное участие в крестьянском движении Уфимской губернии.

Товарищ Ленина по Симбирской гимназии М.Кузнецов рассказывал о его юношеских годах: «Два раза я встречался с Ильичем в университете. На ходу говорили о тяжёлых условиях жизни студентов. Он крайне возмущался царской политикой и говорил, что надо бороться с самодержавием…».

Ясным умом и твёрдым характером Ленина восхищался студент Казанского университета Алексеев Николай Николаевич, впоследствии доктор: «Он был ожесточённый, непримиримый враг царской власти и её режима. Помню его на студенческой нелегальной вечеринке в квартире на Вознесенской улице. Было это незадолго до беспорядков. В тесном кружке за стаканом чая шли споры. И вот тут Вл. Ильич скромно, но убедительно говорил об учении Маркса и зачитывал отдельные места из ходовой тогда брошюры с девизом Некрасова: «В мире есть царь, этот царь беспощаден — голод названье ему». 

Уже тогда Вл. Ильич был увлечён политической экономией и с увлечением реферировал эту брошюру. Между прочим, тут же он спросил, нет ли у кого гектографа, чтобы было можно размножить эту брошюру. Гектограф был у меня, и мы с Юловским дали обещание напечатать экз. 20-25, из них должны были мы 15 дать Вл. Ильичу, он хотел раздать их в рабочих кружках, кажется, на заводе Крестовникова».

«Товарищи!

Тяжким бременем лёг новый университетский устав. Вас, питомцев дорогой «alma mater», вас, представителей молодой интеллигентной мысли, он отдал во власть шпионствующей инспекции, он сузил и низвёл на «нет» значение профессорской коллегии, сделал из них учителей-чиновников, он ограничил доступ в университеты сыновьям бедных отцов, увеличив взнос за право слушания лекций, установив тяжёлые условия при получении стипендий и т. д. Севастопольская правда. Но это еще не всё: циркуляр министерства народного просвещения от 18 июня 1887г. лишил ваших юных братьев возможности получать даже гимназическое образование. Наконец, в событиях московских 23, 24, 25 ноября текущего года, когда лилась кровь наших товарищей (2 студента было убито), когда нагайки свистали над головами их, в этих событиях нанесено было позорное оскорбление всей русской интеллигентной молодёжи.

Казанские студенты! Неужели мы не встанем на защиту попранных прав наших университетов, неужели мы не выразим нашего протеста пред разыгравшейся во всю ширь реакцией? Мы верим в казанское студенчество и мы зовём его на открытый протест в стенах университета».

(Листовка казанских студентов. Архивные документы к биографии В.И.Ленина).

«Инспектор отметил Володю как одного из активнейших участников сходки, которого он видел в первых рядах, очень возбуждённого, чуть ли не со сжатыми кулаками». (Из воспоминаний А.И.Ульяновой-Елизаровой).

«Речи (во время сходки) следовали одна за другой с характером больше политическим… Выступил и Вл. И. Ульянов, тогда совсем ещё мальчик с симпатичным открытым лицом и горящими глазами – говорил он о царском гнёте, о несправедливости царского суда и необходимости протеста студентов всех университетов против установленного режима». (Из воспоминаний д-ра Н.Алексеева, бывшего участником сходки 4 декабря 1887г.).

Владимир Ильич был арестован с 4 на 5 декабря в квартире и просидел несколько дней с другими арестованными при участке (всего 40 человек). «За участие в студенческих беспорядках, происходивших в декабре 1887г., В.И.Ульянов был исключён из университета с воспрещением жительства в Казани и с учреждением негласного надзора полиции с высылкой в д.Кокушкино в 40 верстах от Казани», – отмечено в справке департамента полиции.

«С осени 1888г. Владимиру Ульянову разрешено было переселиться в Казань, куда переехала мать с меньшими. Несколько позже дозволено было перебраться туда и мне». (А.И.Ульянова-Елизарова).

Из воспоминаний Дмитрия Ильича Ульянова, младшего брата Ленина: «Летом 1889 года я в первый раз услыхал «Интернационал», которого тогда в России, можно сказать, не знал никто. Было это на хуторе в Алакаевке, Самарской губернии. Ольга Ильинична играла на рояле и закончила свою музыку «Марсельезой». Я подбежал к роялю и просил её повторить. Вдруг неожиданно, так как это было утром, когда Владимир Ильич не отрывался обычно от книг, он подошёл к нам и сказал, что надо спеть «Интернационал». Они вместе стали подбирать на рояле новую песню, а затем тихо запели по-французски».

«На деньги, вырученные от продажи симбирского дома, мать надумала купить небольшой хутор. При содействии М.Т.Елизарова, позднее (с осени 1889г.) мужа старшей сестры, хутор был куплен в 50 верстах от Самары. Туда же переехал и Владимир Ильич». (М.Ульянова, «Воспоминания о В.И.Ленине).

Бывший студент Казанского университета Вл.Ульянов обратился в министерство народного просвещения с ходатайством о допущении его к экзамену на степень кандидата юридических наук при каком-либо высшем учебном заведении. Само собой разумеется, что вопрос на самом деле не стоял так трагично. Но Мария Александровна намеренно составила прошение в таких ярких и решительных выражениях и сама отвезла его в Петербург, чтобы вручить министру народного просвещения. Расчёт Марии Александровны оказался правильным. Министерство народного просвещения на этот раз не замедлило дать удовлетворительный ответ.

З.Кржижановская, подруга О.И.Ульяновой по Высшим женским курсам в Петербурге, активная партийная работница-большевичка, в заметках «Несколько штрихов из жизни Ильича» писала: «Моё первое воспоминание о Владимире Ильиче – беглое и поверхностное, относится к 1891 г., когда он приезжал в Питер сдавать экстерном государственный экзамен. Он довольно часто приходил к своей сестре Ольге, с которой я училась вместе на Высших женских курсах и у которой я его иногда встречала. Севастопольская правда. С ним я тогда почти не была знакома. Знала только, что сестра страшно высоко его ценила и, по-видимому, по его советам и указаниям работала».

«Владимир Ильич приписывался к адвокатскому сословию не ради занятия адвокатурой, а просто чтобы иметь возможность легального в глазах властей существования». (Воспоминания о В.И.Ленине Г.А.Клеменца – присяжного поверенного при Самарском окружном суде в конце XIXв.). 

«Владимир Ильич переехал из Самары в Петербург осенью 1893 года  с целью взяться за революционную работу. Окончательные экзамены при университете были им сданы еще в 1891 году. Самара не могла дать простора его деятельности, она давала слишком мало пищи его уму. Теоретическое изучение марксизма, которое он мог взять и в Самаре, было уж взято им». (А.И.Ульянова-Елизарова).

«Ленин приехал с новым для нас лозунгом – о переходе от чисто экономической борьбы к политической. Как сейчас помню, он горячо заявлял: «Достаточно говорить с рабочим о «пятачке». В каждой прокламации необходимо упорно говорить не только об экономических нуждах, но и о завоевании политической власти». (Воспоминание А.А.Рукавишниковой – участницы революционных кружков в Нижнем Новгороде в конце XIXв.).

«Годы жизни в Самаре и ещё ранее год в Казани являлись лишь подготовительными для Владимира Ильича: в это время складывалась и оформилась окончательно его революционная физиономия». (А.И.Ульянова-Елизарова).

«Юность Владимира Ильича – это юность нашей Коммунистической партии, крепнувшей и зревшей в могучем резонансе с ходом его великой жизни». (Г.М.Кржижановский – старейший деятель революционного движения, член КПСС с 1893г., учёный-энергетик, академик. Входил в организованный В.И.Лениным петербургский «Союз борьбы за освобождение рабочего класса»).

                                                                 Е.Малыхин

Категория: 

Военно-морской флот:

Военно-морской флот в контакте Военно-морской флот Одноклассники